Оскар Уайльд
Оскар Уайльд
 
Если нельзя наслаждаться чтением книги, перечитывая ее снова и снова, ее нет смысла читать вообще

Гальфдан Лаангард - Оскар Уайльд. Детство и юность

Гальфдан Лаангард - Оскар Уайльд. Его жизнь и литературная деятельность.
Биография Оскара Уальйда

Первая обязанность в жизни — это быть возможно большим художником. Вторая еще не открыта.
О. Уайльд

Оскар Фингал О’Флаэрти Уиллс Уайльд родился в Дублине 15 октября 1856 года. Крестным отцом его был шведский король.

Об его детстве почти ничего не известно. Отец его, сэр Вильям Роберт Уиллс Уайльд, кроме своей известности, в качестве археолога, пользовался еще репутацией выдающегося врача и писателя. В 1844 году он возобновил деятельность госпиталя св. Марка в Дублине под названием "Ophtalmic Dispensary", работал долгое время в качестве редактора одного медицинского журнала, читал много лет лекции по глазным и ушным болезням и занимался кроме того плодотворной, многосторонней литературной деятельностью. Его заслуги снискали ему широкую известность и почет: в 1853 году он был назначен "Surgeon Oculist" королевы Ирландской, был произведен впоследствии в качестве "Assistent Commissioner of the Census of Ireland" в рыцарское сословие и в 1873 году получил, наконец, Каннингемскую медаль от ирландской академии. В качестве врача, главным образом, окулиста, он снискал себе всеобщее уважение, а благодаря введению замечательного метода исследования занял видное место в науке.

Когда в апреле 1876 года он умер, жена его, на которой он женился в 1851 году, переехала в Лондон, где до конца своих дней (1896) и жила вместе со старшим сыном Вилли. Под псевдонимом "Сперанца" она, в качестве писательницы, пользовалась большой популярностью, особенно среди женщин, и её дом принадлежал к числу наиболее посещаемых в Дублине. Она была племянницей известного романиста Чарльса Матурина, "друга Гете, Байрона и Вальтер Скотта" и автора романа "Мельмот"; Матурин, писавший в духе Бальзака, воодушевлял, однако, Бодлера и оказал сильное влияние на романтическое движение, имевшее место во Франции в тридцатых годах. Ясно, таким образом, что талант Оскара Уайльда вырос на чисто отечественной почве.

О своих родителях он отзывался всегда с величайшей любовью и уважением, особенно о матери, которую он больше и лучше знал. Бывая в Лондоне, он не пропускал дня, чтобы не посетить ее и, несмотря на свой расточительный образ жизни, всегда ей помогал.

Приходя к ней, он первым делом направлялся к небольшому портфелю, где лежали её неоплаченные счета и никогда не уходил, не оставив значительной суммы для покрытия её расходов.

Судьба не дала ему возможности присутствовать при её последних минутах, так как в это время он как раз находился в тюрьме. В других странах подобная милость оказывается даже самым завзятым преступникам. Англия не знает этого и не сделала в данном случае исключения даже для наиболее выдающегося своего поэта. Легко можно представить себе, сколько он должен был выстрадать вследствие этого.

Помимо названного уже брата, к которому он питал всегда сильную любовь, несмотря на то, что их жизненные пути впоследствии разошлись, и который во время его первого процесса, когда для него закрылись все двери, принял его с распростертыми объятиями, у него была еще сестра, умершая молодой девушкой. Он " боготворил ее и, говоря о ней впоследствии, не мог буквально удержаться от слез. "Она была золотым лучом солнца в нашей семье." Оскар Уайльд начал свое образование в Portora Royal School в Эннискиллене и скоро обнаружил большие способности. "Быть во время зрелым значит быть совершенным", была одна из любимых его поговорок, и сам он всегда строго придерживался её.

Пробыв с 1873 — 1874 г. в Trinity College в Дублине, где, между прочим, за выдающиеся способности в греческом языке получил золотую медаль, он перевелся в Magdalen-College в Оксфорд и слушал там лекции в течение последующих четырех лет. Впоследствии он с огромным воодушевлением и в то же время с глубокой грустью отзывался об этих " годах, бывших для него наиболее приятным и счастливым периодом жизни.

В Оксфорде он снискал к себе скоро всеобщее внимание отчасти своей светлой, умной головой, отчасти своей эксцентричной внешностью. Он носил всегда "эстетическое одеяние", которое способствовало расширению его популярности. В сатирических журналах помещались на него карикатуры, и помимо этого он имел честь быть воспроизведенным на сцене в оперетке Сюлливана. "Есть только одно извинение тому, чтобы одеваться время от времени эксцентрично," говорил он, "это быть всегда сверх культурным". И надо отдать ему справедливость: с изумительным рвением

он старался в разговоре, в письме, в одежде и поведении следовать своему принципу: "Необходимо или быт художественным произведением или создавать его".

Во время своего пребывания в Оксфорде он находился под сильным влиянием Джона Рескина, выступавшего там в качестве профессора истории искусств. Уайльд принадлежал к числу тех энтузиастов, которые под влиянием учителя брались за заступ и кирку, чтобы проложить дорогу близь города. Рескину он обязан и своими односторонними, парадоксальными, жизненными и художественными воззрениями. В одном из своих очерков о социализме, он выражает, подобно Рескину, свою ненависть к "порабощению машиной": "Один владеет теперь машиной, могущей выполнить труд пятисот человек. Благодаря этому эти пятьсот человек стали безработными и принуждены — отданные во власть голоду — заниматься воровством. Один присваивает себе продукт машины и получает таким образом, в пятьсот раз более, чем ему следует и — что гораздо важнее и знаменательнее — чем ему на самом деле нужно. Благодаря этому, машина вытесняет людей, между тем как при нормальных условиях она должна И была бы быть, наоборот, их слугой."

Если Уайльд в некоторых пунктах, как, например, в своей возвышенной любви к искусству ради искусства, значительно расходится с Рескином, то воззрения последнего встречаются всё-таки даже в позднейших его сочинениях. В последний год пребывания в Оксфорде Уайльд за свое стихотворение о Равенне получил "Newdigate-Prize" и в то же время своими поэтическими и историко-литературными трудами с блестящим успехом приобрел ученую степень.

Теперь он окончательно посвятил себя литературе и опубликовал в различных газетах и журналах множество большею частью стилизованных стихотворений, отличавшихся уже тогда его любовью к жизни и красоте. Они все дышат удивительной свободой и оригинальностью и благодаря своей законченной, совершенной форме возбудили вполне заслуженное внимание. Особенно широкую известность приобрел его прекрасный "Сонет к свободе". В 1881 году он издал собрание избранных стихотворений, которое в течение трех недель выдержало не более не менее, как шесть изданий, — успех совершенно невероятный в такой холодной и равнодушной стране, как Англия, но объясняемый несколько той рекламой, которой Уайльд всегда умел пользоваться.

В следующем году эта книга была вновь издана в Нью-Йорке. Уайльд читал как раз в то время целый ряд лекций в Америке и более двухсот раз имел возможность развивать перед самыми различными аудиториями свою теорию "эстетической философии".

Во время этого турне, о котором Эдмонд де-Гонкур сообщает в своем дневнике несколько, впрочем, не вполне достоверных эпизодов, вышла в Филадельфии книга стихов молодого поэта Ренелль-Рода "Rose-leaf and Apple-leaf", снабженная предисловием Уайльда. Это предисловие весьма метко было названо его "эстетическим манифестом", так как в нем впервые он стройно изложил свой взгляд на господствующее литературное течение. В то же время в Нью-Йорке была поставлена его пьеса "Вера, или Нигилисты" ("Vera or the Nihilists"), незначительное юношеское произведение, не появлявшееся никогда ни прежде, ни впоследствии ни на одной европейской сцене.



 







 

При заимствовании материалов с сайта активная ссылка на источник обязательна.
© 2016 "Оскар Уайльд"