Tinkoff
Che Guevara.

Главная Биография Библиотека Галерея Мультимедиа Ссылки English Espanol
Главная >> Библиотека >> Произведения Че Гевары >> Экономические воззрения >>

Эрнесто Че Гевара

Куба, ее экономика, внешняя торговля и значение в современном мире

Декабрь 1964 г.

Революционному политику очень трудно защищать взгляды, определившие его поведение, и хладнокровно анализировать причины положения, сложившегося в современном мире, которые влияют и на наше собственное положение, не впадая в запальчивые утверждения, шокирующие тех, кто придерживается диаметрально противоположных мнений. Я попытаюсь это сделать. В любом случае я заранее прошу извинить меня не за отсутствие мыслей, а за неумение сформулировать свои высказывания.

Парижский мир 1898 г. и поправка Платта 1901 г. - вот основные знаки, под которыми зарождается новая республика. Вследствие первого две державы подбивают свои военные счета и Испания уходит с Кубы, уступая место североамериканскому вмешательству, при этом кубинцы наблюдают за событиями с острова, опустошенного кровопролитной борьбой, не участвуя в переговорах. Второй - устанавливает право Соединенных Штатов вторгаться на Кубу всякий раз, как того потребуют их интересы.

В мае 1902 г. военно-политическое угнетение формально ликвидируется, но власть метрополии остается. Куба становится экономически зависимой колонией Соединенных Штатов, и это будет ее основной характерной чертой в течение полувека.

В разоренной стране империалисты встречаются с интересным явлением: сахарной промышленностью в полном капиталистическом расцвете.

Несмотря на то, что сахарный тростник известен на Кубе с XVI века (он завезен спустя несколько лет после открытия Америки), рабовладельческая система эксплуатации поддерживала его возделывание на уровне, чуть более высоком, чем тот, который необходим для выживания. Начиная с технологических новшеств, превративших инхенио1 в сахарный завод, ввода железных дорог и отмены рабства, сахарное производство растет ускоренными темпами, а под покровительством янки они становятся головокружительными.

Естественные преимущества этой культуры очевидны для всех, однако в дополнение к ним господствует тот факт, что Куба развивалась как "сахарный придаток" Соединенных Штатов.

Американские банки и капиталисты вскоре взяли под контроль торговлю продукцией сахарной промышленности, а также и хорошую часть другой промышленной и земледельческой продукции. Таким образом господство монополий установилось во всех областях производства сахара, что в свою очередь вследствие положения страны-монопроизводителя, в котором вскоре оказалась Куба, стало господствующим фактором в ее внешней торговле.

Таков отличительный признак этого времени; Куба - отличный производитель и экспортер сахара, и если она не достигла еще более высокого уровня в этом смысле, то только потому, что противоречия капитализма ограничивали постоянный рост кубинского производства сахара по мере того, как оно попадало в зависимость от американского капитала.

Североамериканское правительство воспользовалось режимом квот не только в качестве охраны своей сахарной промышленности, введенной собственными производителями, но и в качестве системы, позволяющей неограниченный ввоз американской продукции в нашу страну. Преференциальные договоры начала века дают американским производителям 20 % тарифного преимущества по сравнению с любой другой нацией, с которой Куба заключила бы соглашения. При подобных конкурентных условиях, учитывая географическую близость, столь выгодную для транспортировки североамериканской промышленной продукции, любому иностранцу становилось почти невозможно с ней конкурировать.

Система квот означала застой сахарной промышленности; в последние годы полные производственные мощности Кубы использовались крайне редко. Этой системой предусматривалось преимущественное отношение к кубинскому сахару, т. е. не было культуры, которая могла бы конкурировать с сахарным тростником в смысле экономической эффективности. Поэтому основными направлениями нашего сельского хозяйства были те, о которых мы уже сказали, и экстенсивное развитие низкокачественного животноводства на естественных пастбищах, служивших также резервными землями для культивирования сахарного тростника.

Безработица устанавливается на острове как эпидемическое заболевание, под ее влиянием заброшены поля, меняется демографический состав населения, крестьяне ищут убежища в городах. Однако и промышленность не развивается. Развиваются лишь несколько предприятий по обслуживанию и все они - под покровительством янки (транспорт, связь, электроэнергетика).

Отсутствие промышленности и большая экономическая эффективность сахарного производства обусловили развитие крупной внешней торговли со всеми колониальными особенностями; сырье - в метрополию, промышленная продукция - в колонию. Испанская империя делала то же самое, но не так умело.

Другая экспортируемая продукция отличалась теми же свойствами, что и сахар, хотя ее доля не превышала в целом 20 %; это главным образом табачный лист; непереработанный, за очень редким исключением, кофе; необработанные медь и магний; никель, впоследствии полупереработанный.

Вырисовывается картина кубинской экономики. Это страна-монопроизводитель (сахара) с определенным рынком экспорта и импорта (Соединенные Штаты) и большим влиянием внешней торговли на всю ее экономическую жизнь.

Буржуазия, занимающаяся импортом, развивалась в русле сложившегося положения вещей и представляла собой одно из самых крупных препятствий на пути индустриализации страны. Лишь в последние годы эта самая буржуазия присоединилась к интересам североамериканских промышленников, создавая индустрию с использованием американского сырья и оборудования и дешевой местной рабочей силы. Прибыль возвращалась на родину; в одном случае - в материнские компании, в другом - в американские банки, где креольским капиталистам надежнее и спокойнее было хранить свои доходы.

Подобные перекосы в развитии и вместе с тем большая безработица, а значит, и большая бедность, поддерживали паразитирующие слои населения и способствовали разобщению пролетариата путем выдвижения рабочей аристократии, состоящей из рабочих империалистических предприятий, заработная плата которых была значительно выше, чем у рабочих, продававших свою рабочую силу мелким национальным капиталистам, и бесконечно выше доходов полузанятого или незанятого населения.

"Американский образ жизни" внедрялся в наше общество, беззащитное перед проникновением монополий; импорт роскоши составлял большой процент нашей торговли, в то время как сахарный рынок застаивался, а вместе с ним - и возможность приобрести драгоценную валюту. Наш платежный баланс становился с каждым годом все более дефицитным, истощая ресурсы казны, накопленные во время второй мировой войны.

За исключением 1950 и 1957 гг., когда цены на сахар временно подскочили в связи с военной ситуацией, сложившейся в Корее и на Ближнем Востоке, список товарообмена показал постоянное сокращение в течение десятилетия после 1948 г. (Печальна наша судьба - только война приносила относительное благосостояние кубинскому народу.)

Общий объем экспорта застоялся и наметилась тенденция спада товарообмена; уровень кубинской жизни обязательно должен был упасть, если бы не были приняты меры компенсационного характера. И таковые "были приняты". Они состояли главным образом в увеличении ассигнований на строительство общественных объектов и создании государственных кредитных организаций, поддерживающих частные промышленные капиталовложения.

Никогда так открыто не использовались стабилизирующие инструменты, рекомендованные экономистами-кейнсианцами, для прикрытия расхищения общественных фондов и незаконного обогащения политиков I и их союзников - капиталистов. Национальный долг значительно возрос. Вокруг Гаваны и других крупных городов строились роскошные автострады и дороги, туннели, огромные отели, при этом от этих сооружений не было какой-либо экономической пользы, в отсталой стране они не находили соответствующего применения.

Была создана группа предприятий, которую можно по своим характеристикам разбить на два сектора: один представлял собой заводы с относительно развитой технологией, они являлись собственностью американцев, которые использовали небольшие кредитные ресурсы бедной страны с низким экономическим развитием для увеличения своих внешних активов; другой сектор - заводы со списанным оборудованием и "антиэкономической" технологией, которые с самого начала нуждались в государственных субсидиях и поддержке. Эта группа предприятий была той, которая послужила средством обогащения власть предержащих, присваивавших огромные суммы, выделенные на приобретение оборудования.

В 1958 г. кубинское население насчитывало 6,5 млн. жителей с доходом в 350 долл. на душу населения (национальный доход рассчитан по капиталистической методике); рабочую силу составляла третья часть всех жителей, четвертая ее часть была практически безработной.

При чрезвычайно расточительном использовании плодородных земель и сельской рабочей силы импорт продуктов питания и текстильного волокна возрос в среднем до 28 % общего объема импорта. Показатель соотношения числа жителей и поголовья крупного рогатого скота составлял на Кубе 0,75; по этому показателю она шла после стран развитого животноводства. Однако экстенсивная эксплуатация этого животноводческого богатства приводила к очень низкой производительности труда и вынуждала страну импортировать некоторые продукты животноводства.

В национальном доходе доля импорта возросла с 32 % в 1948 г. до 35 % десятью годами позже. Экспорт составлял 90 % всех валютных поступлений страны. Вместе с тем, 9 % валютных поступлений торгового баланса поглощалось статьей прибыли иностранного капитала.

Вследствие постоянного ослабления товарообмена и утечки прибыли из страны дефицит платежного баланса кубинской экономики за период с 1950 по 1958 г. составил 600 млн. песо, что снизило резервы наличной валюты приблизительно до 70 млн. Этот резерв составлял 10 % среднегодового импорта за последние 3 года.

И тут победила Революция. Две основные хозяйственные проблемы, с которыми сталкивается Кубинская революция в первые месяцы, - это безработица и нехватка валюты. Первая проблема имеет острый политический аспект, но вторая была очень опасна в связи с огромной зависимостью Кубы от внешней торговли.

Можно сказать, что эти два момента ознаменовали экономическую политику Революционного правительства, и их полезно подвергнуть тщательному анализу, чтобы определить правильные и ошибочные действия, предпринятые в те месяцы.

Аграрная реформа2 повлекла за собой столь глубокие изменения, что при ее осуществлении можно было сразу уничтожить тормоза, которые до этого момента препятствовали использованию человеческих и природных ресурсов, находящихся годами в бездействии.

В силу господства латифундий в организации сельскохозяйственного производства и преобладания огромных плантаций сахарного тростника, организованных на капиталистической основе, было относительно просто превратить их в государственные хозяйства и кооперативы, охватившие огромные площади. На этом пути Куба избежала длительного процесса, который прошли другие аграрные революции: разделение земель на невероятное количество крошечных хозяйств и последующее их собирание и объединение с целью применения более современной техники, что выполнимо только на определенном уровне производства.

В чем состояла направленность сельского хозяйства после смены собственности в крупных производственных подразделениях? Как естественное следствие данного процесса исчезла безработица в сельском хозяйстве и основные усилия были направлены на самообеспечение большинством продуктов питания и сырьем растительного и животного происхождения. Можно одним словом определить, к чему шло развитие сельского хозяйства: к разнообразию. Политика Революции в области сельского хозяйства представляла антитезис тому, что существовало в течение многих лет империалистической зависимости и эксплуатации со стороны собственников земли. Диверсификация монопроизводства, полная занятость свободных рук - вот изменения, наилучшим образом представляющие перемены, происходившие в эти годы в сельской местности.

Известно, что сразу же после этих перемен в сельском хозяйстве Кубы возникли серьезные проблемы, которые начали решаться только в последние месяцы. Чем можно объяснить относительную нехватку определенной сельскохозяйственной продукции и, главное, падение производства сахарного тростника, если учесть, что Революция начала именно с вовлечения в сельскохозяйственное производство всех имеющихся в нем свободных ресурсов, что означало широкие возможности развития? Мы считаем, что здесь мы совершили две серьезные ошибки.

Первая заключается в толковании, которое мы дали термину "диверсификация". Вместо того чтобы вести процесс в относительном понимании, ему придали абсолютное значение. Посадки сахарного тростника сокращались, чтобы освободить площади под другие культуры, что привело к общему снижению сельскохозяйственного производства; на протяжении всей экономической истории Кубы сахарный тростник демонстрировал, что никакой другой урожай не сравнится с уровнем рентабельности ресурсов, вложенных в него. То, что это произошло при том, что многие из нас не отдают себе отчета в превратностях хозяйства, объясняется той фетишистской идеей, которая связывала сахарный тростник с нашей зависимостью от империализма и уровнем оскудения наших полей, в то время как не были подвергнуты анализу истинные виновники: производственные отношения и неэквивалентный обмен.

К сожалению, проявление полной эффективности мер, принимаемых в сельском хозяйстве на разных уровнях, запаздывает на несколько месяцев, а иногда и лет. В отношении сахарного тростника это положение полностью справедливо; сокращение площадей посадок, произведенное с середины I960 г. по конец 1961 г., при двух сильных засухах сказывается на снижении результатов сафр 1962 и 1963 гг. Путь в обратном направлении имеет идентичные характеристики. Не начни мы диверсификацию столь развернуто, ее можно было бы осуществить путем использования резервов, которые были введены на различные традиционные культуры. Это позволило бы частично использовать незанятые ресурсы на нескольких новых направлениях. Одновременно можно было бы принять меры по внедрению новой и более сложной техники, требующей больше времени для ее освоения. Когда эта новая техника начнет приносить результаты по выращиванию традиционных, в основном экспортных культур, тогда целесообразно было бы перебросить эти ресурсы на площади для возделывания других культур, не принося ущерба производству традиционных. Вторую, по нашему мнению, ошибку мы совершили, разбросав ресурсы по множеству земледельческих и животноводческих направлений, оправдав это также термином "диверсификация". Этот разброс повлиял не только на экономику всей страны, но и на каждое сельскохозяйственное производственное подразделение.

Мы уже отмечали, что монопроизводство было разбито на множество направлений сельскохозяйственного развития, что привело к резким переменам, произошедшим за сравнительно короткий срок, в несколько месяцев. Только прочная производственная организация могла бы выдержать подобную степень перемен. В сельском хозяйстве, тем более в отсталой стране, структура в высшей степени негибкая, а ее организация опирается на крайне слабые основы и на индивидуальные хозяйства. Таким образом, одновременные структурные изменения и диверсификация монопроизводства вызвали еще большее ослабление производственной организации в сельском хозяйстве.

После того, как прошли годы, изменились условия и ослабло давление классовой борьбы, сравнительно легко делать подобные критические выводы относительно анализа, проведенного в те месяцы и годы. В какой степени это было нашей ошибкой, а в какой - естественным результатом сложившихся обстоятельств, покажет история. В любом случае сама действительность показала нам наши ошибки и указала более правильный путь. Им и следует в настоящий момент Кубинская революция в области сельского хозяйства. Сахарный тростник находится в привилегированном положении по части выделения ресурсов. Остальные направления сельскохозяйственного производства и их развитие не были забыты, однако были найдены соответствующие соотношения, препятствующие распылению ресурсов, осложняющему оптимизацию производства.

В области промышленности предпринятая политика также преследовала две цели: разрешить вопросы безработицы и нехватки валюты. Сама аграрная реформа, революционные меры по перераспределению доходов и увеличению занятости, которые наблюдались в других областях и в самой промышленности, способствовали значительному расширению национального рынка, который упрочился с решением Правительства установить монополию на внешнюю торговлю и начать политику против импорта товаров, которые без ущерба для национального потребителя могут изготовляться на Кубе. Кубинская промышленность использовала довольно низкий процент мощностей, не выдерживая конкуренции с товарами из Соединенных Штатов, многие из которых даже не облагались пошлиной, а также в связи с низким спросом, вызванным тем, что большая часть доходов сосредоточивалась в руках паразитирующих классов.

Взрыв спроса позволил повысить степень использования мощностей сразу после победы Революции, при этом в общем объеме потребления большая доля отводилась отечественным товарам. Вместе с тем развитие промышленности обострило проблемы платежного баланса, так как он при небольшом участии отечественной продукции содержал чрезвычайно высокую долю такого импорта, как топливо, сырье, запасные части и оборудование, необходимые для замены.

Проблемы платежного баланса и безработица в городе вынудили нас проводить политику, ведущую к развитию промышленности, в зависимости от решения этих задач. Здесь также были успехи и ошибки. С первых лет Революции электроэнергетическая база страны была обеспечена путем приобретения мощностей в социалистических странах; они покроют наши потребности до 1970 г. Были созданы новые мощности и переоборудованы многие мелкие и средние механические мастерские, что стало одним из факторов, позволившим поддержать работу наших заводов, когда американская блокада особенно остро сказалась на обеспечении запасными частями. Некоторые текстильные фабрики, добывающие и химические предприятия благодаря широким поискам минеральных ресурсов сумели эффективно использовать природные ресурсы и отечественное сырье.

Выше мы отметили определенные успехи первых лет в развитии промышленности, справедливо будет отметить и совершенные ошибки. В основном они вытекают из расплывчатого понимания технологических и экономических характеристик, которыми должны обладать многие из новых мощностей, введенных за последние годы. Для ликвидации существующей безработицы и решения проблем нашей внешней торговли было закуплено несколько производственных линий, призванных заменить импорт и технология которых позволила бы занять достаточное число городских рабочих. Позднее было обнаружено, что технологическая эффективность этих предприятий по международным меркам недостаточна, а их чистый эффект по замещению импорта был достаточно ограниченным из-за отсутствия отечественного сырья, необходимого для их технологии.

Эту ошибку в промышленности мы также исправили; новые мощности, которые изучаются для перспективного развития страны, оцениваются в зависимости от их максимальной выгоды, которую может получить наша внешняя торговля. Новые мощности будут создаваться на основе самой современной технологии, которую можно в настоящее время приобрести на рынке. |

Достигнутый до настоящего времени уровень развития промышленности можно расценить как удовлетворительный, учитывая проблемы, вызванные американской блокадой, и радикальные изменения в наших внешних источниках обеспечения, произошедшие всего за три года. В прошлом году производство сахара снизилось с 4,8 до 3,8 млн. т, однако эти потери были восполнены в целом по сельскому хозяйству ростом несахаропроизводящих отраслей на б %. В текущем 1964 г. благодаря упрочению нашей внутренней производственной организации и нашему большому опыту в торговых отношениях с новыми рынками обеспечения рост промышленности должен быть еще выше, чем отмечалось.

Глубокие перемены, произошедшие в кубинской экономике, вызвали большие изменения в структуре нашей внешней торговли. Что касается экспорта, то эти изменения ограничиваются главным образом местом назначения, так как вес сахара по-прежнему остается определяющим моментом. А вот структура импорта по группам продукции полностью изменилась за последние пять лет. Доля товаров потребления, в основном длительного пользования, значительно сократилась, уступив место статьям капиталовложений; в то же время замечается некоторое снижение доли промежуточных товаров. Политика замены импорта хоть и медленно, но дает ощутимые результаты.

Бесспорно, что теперь, когда Революция выработала прочную и основательную экономическую политику, доля товаров длительного пользования должна расти, чтобы в возрастающей мере удовлетворять потребности современной жизни. Планы, разработанные на будущее, предусматривают относительный и абсолютный рост этих товаров с учетом произошедших социальных изменений. Например, отпала необходимость импортировать в будущем "кадиллаки" и другие роскошные автомобили, за которые еще несколько лет назад отдавалась порядочная доля труда кубинских рабочих, овеществленного в производстве сахара.

Это только одна сторона вопросов, изучаемых в настоящее время с целью будущего развития Кубы. По какому пути мы пойдем в ближайшие годы, в большой степени будет зависеть от гибкости, которую проявит внешняя торговля Кубы, что позволит ей получить наибольшие выгоды. Пока мы можем указать три основных пути, по которым пойдет экономическое развитие Кубы по меньшей мере до 1970 г. Сахар по-прежнему будет нашей основной валютой, развитие сахарной промышленности приведет к увеличению нынешних производственных мощностей на 50 %. Одновременно произойдет качественный скачок в развитии этой отрасли, связанный с существенным повышением продуктивности на единицу площади посадок тростника, а также ростом технической оснащенности промышленной части производства, что должно восстановить продуктивность отрасли, утраченную за последние 10-15 лет, когда отсутствие стимулов парализовало рост нашего рынка, привело к технологическому застою. При новых возможностях, открывшихся в социалистических странах, картина в корне меняется.

Одной из основных опор, на которых базируется развитие сахарной промышленности, а также и развитие всей страны, является соглашение, подписанное между СССР и Кубой, которое гарантирует продажу в будущем огромного количества сахара по ценам, значительно превышающим средние цены, существующие на американском и мировом рынках в течение последних 20 лет. Помимо своих благоприятных экономических факторов, соглашение, подписанное с СССР, имеет особое политическое значение, так как оно показывает тип отношений, устанавливаемых между отсталой и развитой странами, когда обе принадлежат к социалистическому лагерю, - в противовес постоянному стремлению сократить товарообмен в ущерб бедным странам, которое происходит в торговле между так называемыми странами-экспортерами сырья и индустриально развитыми капиталистическими странами.

Вторым направлением развития промышленности, на которое рассчитывает Куба, является никель. Природные богатства, представленные никелесодержащими рудами на северо-восточном побережье Кубы, дают огромную возможность создать здесь центр будущей металлургической промышленности. С этой целью начнется расширение нынешних мощностей по разработке никеля, что выведет Кубу на второе или третье место по добыче этого стратегического металла.

Третьим и последним направлением развития, которое мы сегодня можем указать, является животноводство. Поголовье скота, которым располагает Куба по отношению к ее населению, и огромные скрытые еще возможности позволяют сказать, что в течение немногим более десяти лет животноводческое производство на Кубе будет иметь значение, сравнимое только с сахарной промышленностью. Удовлетворив свои потребности на самом высоком уровне, Куба может располагать излишками мясомолочных продуктов для их экспорта.

Как мы видим, роль внешней торговли в кубинской экономике по-прежнему будет стратегической, но в будущем развитие ее претерпит качественное концептуальное изменение. Ни одно из трех основных направлений развития не означает стремления заменить импорт, за исключением функции животноводства в первые годы. По прошествии первых лет все направления развития будут отражены полностью в экспорте, и хотя по-прежнему будет проводиться политика замены импортируемых товаров отечественными, импорт и экспорт будут сбалансированы. В 70-е годы пойдет ускоренный процесс замены импортируемых товаров отечественными, что может быть достигнуто только на основе интенсивной индустриализации. Для этого в ближайшие годы будут созданы условия для всевозможного использования выгод, которые внешняя торговля может предоставить для "открыто" развивающейся экономики.

Стоит задать вопрос: если бесспорно политическое значение того, что Куба достигла в мире в настоящее время, то может ли она рассчитывать на какое-либо экономическое возмещение, точнее, предполагают ли подобное значение более серьезные экономические связи, которые материализуются в торговле с другими странами мира; в этом случае каковы должны быть пути осуществления этого торгового взаимообмена, достаточно сократившегося вследствие американской блокады?

Оставим причины утилитарного порядка, которые могут привести наш анализ к восхвалению международной торговли, так как совершенно очевидно, что Куба заинтересована в активном и регулярном обмене со всеми странами мира, и попытаемся точно определить наше значение. Куба является предметом вожделения североамериканской администрации не только вследствие ее ошибочных колониальных умонастроений. За этим стоит нечто большее: Куба стала воплощением провала североамериканской политики агрессии на самом пороге континента, кроме того, она представляет собой пример для будущих социалистических стран Латинской Америки и в то же время является верным симптомом неумолимого сокращения поля деятельности финансового капитала Соединенных Штатов.

Североамериканский империализм более хрупок, чем он думает, это колосс на глиняных ногах. Хотя его огромной мощи не наносит серьезного видимого ущерба жесточайшая внутренняя классовая борьба, которая, как предсказал Маркс, приведет к краху капиталистическую систему, данная мощь заключается в основном в господстве монополий на территории других стран, которое проявляется в неравном взаимообмене и в политической зависимости обширных территорий, на которые сбрасывается основной вес противоречий.

По мере того, как зависимые страны Америки и других регионов планеты будут освобождаться от цепей монополий и устанавливать более справедливую новую систему и более справедливые отношения со всеми странами мира, прошлые платежи, которые наши страны вносили в образ жизни империалистических держав, лягут на их собственные плечи, и Соединенные Штаты будут теми, кто почувствует с большой серьезностью эту опасность в тот момент, когда это произойдет. Но не только это явится следствием исторического процесса, с которым мы столкнемся в ближайшее время. Вытесненный финансовый капитал должен искать новые территории взамен утраченных, и в этой битве капитал Соединенных Штатов, самый мощный, самый агрессивный, в безжалостной конкуренции обрушит всю свою мощь на другие страны.

Само существование Кубы представляет собой надежду на лучшее будущее для народов Америки и образ грозного будущего для кажущейся неподвижной структуры монополий Соединенных Штатов. Попытка задушить Кубу является стремлением остановить настоящее развитие, но если, несмотря на все виды агрессии, кубинское государство остается невредимым, его экономика крепнет, а внешняя торговля развивается, провал этой политики будет тотальным, а обращение к форме сосуществования ускорится.

От новых взаимовыгодных отношений, которые установятся, естественно, выиграет (и одновременно явится поддержкой каждой освободившейся стране) блок социалистических стран. Однако крупные капиталистические страны, в том числе Англия с серьезными экономическими проблемами и ограничениями на своих рынках, имеют возможность увеличить этот взаимообмен, как в определенной степени это попыталась сделать Франция.

Куба, будучи слабым рынком, возможно, не имеет того веса, который заслуживал бы риска резкого разрыва с Соединенными Штатами, однако Латинская Америка представляет собой гигантский потенциальный рынок двухсот миллионов человек, и как бы ни было сильно желание закрыть глаза на действительность, этот конвульсирующий континент пойдет дальше в своей борьбе за освобождение и создаст - одна за другой, группами или все вместе - блок стран, независимых от империализма, родственный социализму.

Стоит ли использовать Кубу в качестве "опытной станции" для того, чтобы экспериментировать отношения, которые в ближайшем будущем будут очень выгодны и заключают в себе ощутимую угрозу для будущего капиталистической системы?

Альтернатива, по нашему убеждению, достаточно четко выражена: или стать верным союзником Соединенных Штатов и до конца следовать политике агрессии и угнетения народов, чтобы в определенный момент пасть жертвой внутренних и внешних проблем, или разорвать этот союз, давший трещину в отношениях с Кубой, чтобы помочь посредством международной торговли скорейшему развитию освобождающихся стран и дать большие надежды странам, борющимся за освобождение, одновременно создавая условия для скорейшего исчезновения капитализма.

Мы считаем, что это в настоящий момент - большая дилемма для таких стран, как Англия...

"Нуэстра индустрия" ("Наша индустрия").

1 Инхенио - примитивное мелкое предприятие по переработке сахарного тростника (Прим. науч. ред.)

2 Первый Закон об аграрной реформе (май 1959 г.) безвозмездно передал землю в собственность 100 тыс. мелких арендаторов, колонов, издольщикам и испольщикам, которые лично ее обрабатывали. Максимальный размер собственности на землю был установлен в 402 га. Вторым Законом об аграрной реформе (октябрь 1963 г.) была экспроприирована земельная собственность средней буржуазии. Эта мера коснулась примерно 10 тыс. имений площадью более 67 га каждое. Закон не затрагивал интересы бедных и средних слоев крестьянства. (Прим. науч. ред.)