Che Guevara

ЮМОР ЧЕ

Che Guevara

Его любимым оружием в словесных баталиях была ирония, и особенно — подшучивание над самим собой. Однако в последнем случае его ирония — скорее средство самозащиты: дело в том, что природная скромность не позволяла ему говорить о самом себе иначе как в ироническом тоне. Когда он нападал, его ирония была остра, беспощадна и била без промаха. Однако его критические выступления, как правило, были направлены не против отдельных личностей, а против тех ошибок или пережитков, которые в той или иной форме наносили ущерб делу Революции. Его ирония, его сочные шутки, хлесткие комментарии всегда были предельно лаконичны. Иногда ему достаточно было одною наречия или просто кавычек... В этом был его особый дар.

БЕДНЫЙ, НО ГОРДЫЙ

В 1964 году одна испанка, его однофамилица, написала ему письмо, намекая на возможность родства. Он ответил: «По правде говоря, я не знаю, из какой части Испании происходят мои предки. Знаю только, что они очень давно уехали оттуда, что называется, «в чем мать родила». И я не хожу сeйчас в таком же виде лишь потому, что это не особенно удобно. Я не думаю, что мы близкие родственники. Но если Вы способны трепетать от негодования при виде любой несправедливости, совершающейся в этом мире. то мы с Вами — товарищи, а это гораздо важнее».

ПСИХОТЕРАПИЯ ДЛЯ КРЫС?

В том же году на Кубе был издан специальный медицинский журнал, посвященный проблемам психиатрии. Тираж издания показался ему чрезмерным: «на Кубе даже врачей столько не насчитаешь». И он пишет: «Меня одолевают сомнения психо-невро-экономического свойства: может быть, этим журналом воспользуются крысы? Может быть, с его помощью они углубят свои познания в области психиатрии или употребят его в пищу в качестве деликатесе? А может быть, каждому больному необходимо изучить и держать в голове все, о чем там написано?» В заключение он пишет, что, несмотря на полезность журнала, тираж выпуска «невыносим» : «Верьте мне, ибо сумасшедшие всегда говорят правду».

ПИШИТЕ ПРАВДУ

В 1963 году один начинающий писатель послал ему свои произведения, которые Че в своем ответном письме называет «главами из девяти неизданных романов». Комментируя прочитанное, Че пишет; «Я не выступаю с позиций литературной критики, но мне кажется, что Вы не сумели охватить во всей полноте величие происходящих событий» (по-видимому, речь шла об эпизодах войны в Сьерра-Маэстре). Че подчеркивает: «Единственное, что руководит мною в той сфере деятельности, которую Вы избрали для себя,— это стремление к жизненной правде (не считайте, что я не на жизнь, а на смерть защищаю позиции cоциалистического реализма)». В заключение Че желает автору «успехов на тернистом пути к опубликованию своих трудов».

КАК ПАЛЬЦЫ В ПЕРЧАТКЕ

После прочтения одной статьи (также о военных событиях) Че пишет автору: «Основная задача революционера, который пишет историю, заключается в том, чтобы входить в правду с такой же точностью, с какой пальцы входят в перчатку. Ты это сделал, но перчатка оказалась боксерской. А потому все твои усилия напрасны». В конце своего короткого письма Че излагает сформулированное им основное правило журналиста: «Мой совет — перечитай статью, выброси все, что, на твой взгляд, наверняка неправда, и будь крайне осторожен со всем тем, что не кажется абсолютно достоверным».

МОЖЕТ БЫТЬ, ФИЗИК НО НЕ МУЗЫКАНТ...

Кубинская промышленность выпустила новые грампластинки. Получив образцы, Че пишет отзыв, в котором говорит, что во внешнем оформлении, безусловно, сделан «заметный» шаг вперед, но что касается текста песен, то они показались ему несколько вульгарными, безвкусными. Однако он тут же оговаривается, что в данной области отнюдь не считает себя компетентным. И далее: «О содержании не говорю, высказывать о музыке какое-нибудь определенное мнение не имею права, поскольку здесь мое невежеcтво достигает —273° (то есть абсолютного нуля).

УЛЫБКИ ВОИНЫ

Че написал несколько очерков о военных действиях в горах Сьерра-Маэстра. Воспоминания об этих драматических и героических событиях (герои последних — всегда боевые товарищи Че, но никогда — сам автор) полны чудесного юмора. Когда Че пришлось выступить в роли зубного врача, главным препятствием было отсутствие новокаина для обезболивания. Ему оставалось одно: прибегнуть к «психологической анестезии» (то есть «употреблять наиболее крепкие эпитеты по отношению к тем, кто слитком громко жаловался на боль при лечении зубов»). Че так комментирует бой под местечком Буэйсито, подготовленный и проведенный под его непосредственным руководством: «Мое участие в сражении было незначительным и отнюдь не героическим — те немногие выстрелы, которые прозвучали, я встретил не грудью, а совсем наоборот». В первые же месяцы войны из отряда дезертировал один боец: «В нашем походном дневнике мы отметили, что он взял с собой крестьянскую шляпу, банку сгущенного молока и три батончика колбасы. Мы очень сожалели тогда о сгущенном молоке и о колбасе». Вот начало описания внезапного нападения в Алегриа-де-Пио (в этой операции Че был впервые ранен): «Прогремел первый выстрел, вслед за ним разразилась целая свинцовая симфония. Она нависла над нашими головами, еще не привыкшими к этой суровой музыке».