Tinkoff
Tania Tamara Bunke

  Предисловие
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Глава 14
Глава 15
Глава 16
Глава 17
Глава 18
Глава 19
Глава 20


Галерея

Л.Валенсуэла, “Таня - партизанка”

Enrique Moreno “Tania”

English
Espanol

 
 
предыдущая глава * следующая глава
 

Главная страница >> Библиотека >>

“Таня – незабвенная партизанка”

Составители: Марта Рохас, Мирта Родригес Калдерон

© Анна Кролик, Перевод на русский язык, 2005-2006


глава18. Подпольная революционная работа

Часть I

9 апреля 1964 года, с паспортом на имя Айде Бидель Гонсалес, Тамара отбыла с Кубы в Западную Европу. Именно в этот момент и произошло рождение нового бойца, который будет вписан в историю под именем Партизанки Тани.

Приехав в Европу, Таня не просто адаптировалась к окружающей ее враждебной атмосфере и идеологии. Она была вынуждена полностью окунуться в новую жизнь, почувствовать себя "в своей тарелке" и стать тождественной своей новой личности.

Для нее было подготовлено две "легенды", которые предстояло отработать на практике, приняв затем одну из них, как основную.

Согласно первой, она – Виттория Панчини, родилась в 1939 г. в немецкой семье, в маленькой деревушке на итальяно-немецкой границе, где и проживала до 1944 г., пока родители, сочувствующие фашистам, не решили отправить ее на жительство в Уругвай, в немецкую семью. Образование она получила в Уругвае, и, по достижении 18 лет, приняла решение жить самостоятельно, переехав в Берлин. Воспоминания детства побудили ее вернуться в Латинскую Америку, где она решила обосноваться в Боливии.

По Европе Таня путешествовала с аргентинским паспортом на имя Марты Ириарте и говорила по-итальянски. Ей пришлось свыкнуться с традициями Западной Германии – согласно "легенде" она жила там несколько лет до переезда в Латинскую Америку. У нее были с собой фотографии итальянской деревеньки и престарелой пары, которые она выдавала за фото своей родной деревни и родителей. В отчете, написанном Таней по возвращении из Западной Германии и других европейских стран, где проходила ее окончательная подготовка, Таня описывает трудности, с которыми ей пришлось столкнуться, и делится своими размышлениями.

Таня. Сообщение № 3 начального периода

В день моего отъезда – понедельник, 13 апреля, - в аэропорту я пересеклась с делегацией из ГДР. Там была женщина, работающая переводчицей при миссии ГДР в Гаване, она была моей приятельницей, как и некоторые другие участники делегации. Похоже, моя прическа, цвет волос, да и вообще, вся "тактика избежания быть узнанной" сработала великолепно в течение всех 45-ти минут этой своеобразной проверки.

В самолете рядом со мной сидела беременная аргентинка. Она летела к своему мужу. Я постаралась избегать разговоров с ней, предположив ,что она вполне может заниматься революционной работой – ведь она тоже из социалистической страны. Во время этого перелета я обнаружила, что придерживаться "легенды Марты" довольно сложно. Я решила положить в основу "легенды" первую историю. Я – аргентинка, тренер по гимнастике, даю частные уроки женщинам и детям; мой отец – бизнесмен, постоянно в разъездах вместе с моей матерью и сестрой; я не живу с семьей, а сама по себе, либо вместе с подругами в Буэнос-Айресе. В данный момент я путешествую по Европе, где выполняю кое-какие поручения моих друзей, которые оплатили эту мою поездку. В Германии у меня тоже друзья, с которыми я предполагаю встретиться, я намереваюсь продолжить путешествие на их автомобиле.

В Европе знакомства – самая настоящая проблема, особенно для женщин. В некоторых странах можно свободно разговаривать с мужчинами, например, в поезде, без риска, что они станут немедленно к вами приставать. Но в других странах это – первое, что мужчины начинают делать, увидев вас…

Для получения ориентировок мне было необходимо встречаться с людьми среднего класса, выяснять, как они живут, учатся и работают, какие у них семьи, какие проблемы в жизни. В туристических агентствах, организовывающих поездки по стране, мне встречалось много молодежи – студентов, безработных, люмпен-элементов – которые, есть опасение, могут сотрудничать с полицией. У них нет денег, но они знают иностранные языки, контактируют с иностранцами и имеют другие подобные "таланты", которые полиция может оценить по достоинству… Поэтому я решила не ждать, пока они обратят внимание на меня, и сама первая пошла на контакт с ними. Так я познакомилась с Пасифико, его друзьями и их семьями. Из этого общения я извлекла многие нужные мне детали. Через Пасифико мне удалось расширить круг знакомств с представителями среднего класса, а также решить проблему передвижения по городу с помощью его мотоцикла. Пасифико изучает живопись, графику и рисунок в вечерней школе. У него есть друг Альберто.

Они предоставили мне отличную возможность попрактиковаться в поддержании моего нового образа. Я рассказывала забавные истории из "своей" жизни, говорила о семейных проблемах, о своих мечтах и планах на будущее. Иногда я ловила себя на том, что сама верю, будто рассказываю о себе. В целом я создала образ девушки, не интересующейся политикой, сконцентрированной исключительно на своей профессии и работе, которая, несмотря на то, что ей чуждо чувство расовой нетерпимости, слегка антикоммунистически настроена.

Я сочла выгодным использовать антинемецкую, антифашистскую позицию, потому как в Европе любой, кто говорит по-немецки, подозревается в агентурной службе фашистским кругам. Та компания, с которой я общалась, поддерживала эти аполитичные взгляды, хотя иногда кое-кто из них высказывался в духе "за официальную демократию", а порой говорил и очень прогрессивные вещи. Последнее мня крайне огорчало, так как мне не рекомендовалось контактировать хотя бы даже с мало-мальски революционно настроенными лицами, и уж тем более, симпатизирующими коммунистам.

Когда я на поезде ехала к месту назначения, указанному в моей "легенде", моим попутчиком оказался странный человек. Он заговорил со мной по-испански, но смысла его речи я не уловила. Я попросила его говорить по-итальянски, но он ответил снова на испанском – таком отвратительном, что я поинтересовалась, не из США ли этот человек. Он утверждал, что является кубинским репортером, и, как мне показалось по его жестам, хотел сказать, что участвовал в герилье.

Я довольно резко спросила, не коммунист ли он, потребовав, чтобы он предъявил мне свое журналистское удостоверение. Он ответил, что его работа связана с политикой, и ему запрещено раскрывать себя. В это время в наше купе вошла группа немцев, и этот человек прекратил нести ерунду на своем ужасающем испанском. Когда в купе сел священник, этот человек обидно высказался о Церкви. Именно тогда я поняла, насколько трудно мне поступаться принципами, которые я горячо отстаивала всю свою жизнь. Мнет пришлось начать раздраженно ругать коммунизм и защищать Церковь. Это продолжалось долго, и немцы в купе поддержали меня, заставив того человека уйти. Я так и не узнала, поверил ли  этот провокатор в то, о чем я ему говорила, но в одном я уверена на сто процентов: его миссия не увенчалась успехом и не принесла ожидаемых результатов.

КОНЕЦ ПЕРИОДА

В отчете о поездке Таня также отметила свою встречу с полицейским Томасом, который сначала отнесся к ней подозрительно, но с которым потом они стали хорошими друзьями. Из этой "дружбы" Таня извлекла выгоду, получая большое количество информации о полицейском контроле за иностранцами.

Первая поездка Тани по Европе подошла к концу спустя 5 недель. Используемая ею "легенда" подверглась анализу с точки зрения ее сильных и слабых сторон. Для последующих действий была разработана другая, по которой ей предстояло работать вплоть до приезда в Боливию под именем аргентинки Лауры Гутиеррес Бауэр.


Главная Биография Библиотека Галерея Мультимедиа Ссылки English Espanol